2012. V Батаевские чтения


ДНЕВНИК «ПОСЛЕДНЕЙ» ВОЙНЫ А.Н. АФИНОГЕНОВА. 1 ИЮЛЯ – 15 ОКТЯБРЯ 1941 г. (Из фондов Российского государственного архива литературы и искусства)

Водопьянова З.К.,  Домрачева Т.В.,  Красовицкая Т.Ю.

16 ноя 2012

Дневник известного писателя и драматурга А.Н. Афиногеноваi публиковался неоднократно в извлечении в периодической печати. Наиболее полное и выверенное издание предпринято в 1977 г.ii Однако и оно не свободно от купюр, которые не всегда отмечены отточиями в тексте и не оговорены в примечаниях. При публикации дневника в постсоветское время, осуществленной в журнале «Сноб» заявлено, что документ представлен читателям полностью, но и здесь наличествует фрагментарность, имеются ошибки при передаче текстаiii.

Что-то в публикуемом дневнике есть важное для нас, сегодняшних, и для тех, кто с тревогой наблюдает воинствующее нарастание сталинизма у людей, кто множит ряды сталинских поклонников, молодых, в особенности, кто не знает и не помнит истории своей Родины. Что помнят сегодня об Афиногенове? Более «продвинутые» – пьесы «Страх» и «Ложь», писателей и литературоведов – многих его бывших сподвижников по РАПП, арестованных и расстрелянных. Как и он, один из руководителей РАПП, они составляли большую группу репрессированных литераторов, поскольку являлись в 1920-е гг. выразителями наиболее «революционной», пролетарской литературы, соответствовавшей идеологическим установкам большевистской партии. Большинство же помнят его прекрасную «Машеньку», поставленную Театром им. Евг. Вахтангова в 1940 г. С тех пор жизнь пьесы не прерывалась, она была сыграна более 3 тыс. раз, по ней снят одноименный фильм, в настоящее время радиоспектакль выпущен в виде аудиокниги.

Тяжело пережил Афиногенов 1937 год: партийные собрания, превратившиеся в средневековые судилищаiv, резко менявшие взгляды на события в стране и взаимоотношения между людьми. Так, Афиногенов после партийного собрания писал о своем приятеле Киршонеv, что последний – «это воплощение карьеризма в литературе. Полная убежденность в своей гениальности и непогрешимости»vi.

Удивительная запись, ведь Киршон и Афиногенов были близкими друзьями, вместе отдыхали, отмечали праздники, помогали друг другу в трудные минуты. Афиногенова самого вскоре обвинили в связях с троцкистами, исключили из партии, а после проработки на писательском собрании – из Союза советских писателей. Несколько месяцев он ждал ареста, живя в постоянном страхе и фактической изоляции от общества – с ним боялись общаться. Ситуация, описанная им ранее в пьесе «Ложь», отразилась в его жизни, как в кривом зеркале. После этого и появилась «Машенька» – результат «страстного желания побыть среди хороших людей, полных чистых чувств, благородных намерений, сердечной теплоты и подлинной дружбы».

При чтении дневника поражает ясное понимание автором того, что он может погибнуть. Размышляя о прочитанном, понимаешь – это не предчувствие, которым обладают писатели. Чувства часто обманывают. Нет, у Афиногенова – это не предчувствие, не чувство. Это – точное знание, что он умрет. Это – его конец… Подобные ощущение близкого конца мы находим в дневниках и письмах, переживших репрессии середины 1930-х гг. Например, Ольга Берггольц записала в дневнике 9 апреля 1942 г.: «Мне нельзя жить. Это все равно не жизнь. Я оправдываю свое существование только тем, что слишком уж широк выбор гибели. Я, наверное, недолго просуществую, – все как-то помимо меня, логически идет к этому, – сокращается и сокращается жизнь, сжимается – как шагреневая кожа…»vii

В дневнике Афиногенова огромное количество важных сведений о настроении москвичей в первые дни войны, поведении властей, внимательное изучение дислокации войск, сводок Совинформбюро, тщательные подсчеты потерь, сопоставление официальных данных с немецкими, размышления о Сталине, его действиях… Последние записи дневника сообщают о поездке Афиногенова 15 октября в командировку в Куйбышев. Он возвращается в Москву после 25 октября и погибает 29 октября при попадании бомбы в здание ЦК партии на ул. Куйбышева (ныне – Ильинка) во время совещания Совинформбюро. (С 9 сентября Афиногенов был назначен на должность начальника литературного отдела Совинформбюро.)

Однако, несмотря на мысли о неизбежности смерти, Афиногенов много и плодотворно работал: закончил пьесу «Накануне», сценарий «Трое наших», писал статьи в периодической печати. Много времени у него занимало руководство отделом, что отражено в его дневнике заданий, находившемся при нем в момент гибелиviii, заботился о своих близких; и др.

В заключение хочется отметить, что заголовок документа – дневник последней войны – не означал, что Афиногенов смирился со своей судьбой. Он полагал, как и другие, что после Великой Отечественной войны больше не будет войн. Так, писатель Даниил Гранин вспоминал: «Мы были уверены, что воюем навсегда, делаем последнюю войну. Навсегда закопаем фашизм, и не с кем станет воевать. Ни войн больше не будет, ни солдат»ix.

Вступительная статья, подготовка текста к публикации и комментарии З.К. Водопьяновой, Т.В. Домрачевой, Т.Ю. Красовицкой.



КОММЕНТАРИИ

i Афиногенов Александр Николаевич (1904–1941) – драматург, публицист, теоретик драмы. Член РКП(б) с 1922 г. Окончил Московский институт журналистики (1924). В 1927–1929 гг. завлит 1-го Московского рабочего театра Пролеткульта. В начале 1930-х гг. один из руководителей РАПП. С 1934 г. член президиума правления ССП СССР, редактор журнала «Театр и драматургия». В 1937 г. исключен из ВКП(б) и ССП СССР. В 1938 г. восстановлен в партии Союзе советских писателей. Во время Великой Отечественной войны возглавил литературный отдел Совинформбюро. Погиб при налете немецкой авиации на Москву. Автор пьес «Роберт Тим» (1924), «Малиновое варенье» (1926), «Чудак» (1928), «Страх» (1931), «Ложь» (1933), «Далекое» (1935), «Салют, Испания!» (1936), «Машенька» (1940), «Накануне» (1941) и др.

ii См. Афиногенов А.Н. Избранное: В 2 т. Т. 2. Письма. Дневники. М., 1977. С. 560–580;

iii Александр Афиногенов. Дневник последней войны. Без купюр. Публ. Шенгелия В. // Сноб. 2010. 9 мая: http://www.snob.ru/selected/entry/18130

iv «За активную антипартийную борьбу… из рядов партии исключить»: Из стенограммы заседания партийного комитета Союза советских писателей по делу В.М. Киршона. 13 мая 1937 г. //alexanderyakovlev.org›almanah/inside/almanah…

v Киршон Владимир Михайлович (1902–1938) – драматург, очеркист, критик. Родился в Нальчике в семье юриста. Участник Гражданской войны. Член РКП(б) с 1920 г. Окончил Коммунистический университет им. Я.М. Свердлова (1923). Заведовал учебной частью совпартшколы в Ростове-на-Дону. Организатор Ассоциации пролетарских писателей в Ростове-на-Дону и на Северном Кавказе. С 1925 г. один из секретарей РАПП в Москве. Автор пьес «Рельсы гудят» (1928), «Город ветров» (1929), «Хлеб» (1930), «Чудесный сплав» (1934), «Большой день» (1936) и др. В апреле 1937 г. исключен из рядов ВКП(б) за многолетнюю связь с врагами народа (Г.Г. Ягодой, Л.Л. Авербахом). 26 мая 1937 г. исключен из состава правления Союза советских писателей. Арестован 29 августа 1937 г. Расстрелян. Реабилитирован в ноябре 1955 г.

vi См.: Афиногенов А. Дневник 1937 г. // Современная драматургия. 1993. № 1. С. 246.

vii РГАЛИ. Ф.2888. Оп. 1. Д. 357. Л. 25 об.

viii Там же. Ф. 2172. Оп. 2. Д. 45. Автограф.

ix Последний юбилей: Воспоминание Даниила Гранина // Сноб. 2010. № 5 (Май). С. 173.

PDF

Вступительная статья З.К. Водопьяновой, Т.В. Домрачевой, Т.Ю. Красовицкой в PDF-формате

It appears you don't have a PDF plugin for this browser. No biggie... you can click here to download the PDF file.